Общаемся с Эльвирой Игоревной, дочерью известного северного гидрографа Игоря Васильевича Осокина, и её мужем, Николаем Александровичем Андриановым. Для нас эта история началась с фотографии, опубликованной в группе Северного морского музея. Подпись гласит: «катер типа “Соломбалец”, принадлежавший гидрографу И.В. Осокину и Б.П. Сосновскому, Северная Двина, 1960-е гг.». Узнаём подробности:
 
 «Первый наш катер был металлическим. В 1965-66 годах мы сами его сшили: были толстые деревянные шпангоуты, и прямо к ним приколачивалась на брезент оцинковка. Сначала он был оснащён подвесным мотором “Стрела”, 6 л.с., потом – “Ветерок”, 12 л.с., после – “Москвич” 404-й. Раньше в Соломбале катера назывались по именам: были “Лань”, “Ласточка”… Когда мы в 1967 году пришли регистрировать свой, все имена были заняты. В итоге нарекли катер “Жанетта”.
 
 Вторая лодка имела имя “Жанетточка”.
 
 Третий катер – металлические морские сани с двумя килями, сделанный Николаем Александровичем из 2-миллиметровых кусков металла – остатков от проката. Двигатель подвесной, “Москвич” 401-й.
 
 Когда во время шторма погибла “Жанетта”, наш друг Николай Иванович Косягин подарил нам свой деревянный катер с условием, что будем брать его с собой на зимнюю и летнюю рыбалку. Этот катер, в свою очередь, был подарен дяде Коле коллегами, когда он уходил со службы в Гидрометцентре. Его построили на Соломбальской судоверфи по лекалам мастера Курочкина. Длина – 6 метров, материал – ель, двигатель – Л6, управление – палка. Был интересный комелëк: выворачивался болтик, – и между стенками печки засыпали песок. Топили каменным углëм, двух кусков запросто хватало на ночь, чтобы обогреть всё пространство каюты, поэтому ночевали в катере вплоть до первых заморозков. Зимой катер держали на берегу Соломбалки за трамвайным мостом, не доезжая до горбатого мостика. Были лебëдка и скат, чтобы поднимать его наверх. Весной катер переворачивали, заливали смолой швы, проходя по ним нагретой кочергой, после – красили и подновляли номера.
 
 Ещё один семейный катер был сшит братьями Борисом и Николаем Сосновскими из Первой Соломбальской деревни. Построен за одну зиму, прямо на улице под открытым навесом. А за год до этого были заказаны специально напиленные доски, которые сушились в течение сезона. В основе катера – бумажные лекала, по которым вычерчивали шпангоуты. Их гнули в металлической трубе: туда наливали воду, которую затем нагревали вместе с погружёнными в неё деревянными деталями. Были медные заклëпки с шайбочками. Нужно было уметь это делать: сначала ставили сжимы-прищепки, чтобы удерживать доски обшивки вместе, а потом клепали корпус. Кабина была из шестислойной бакфанеры. Был штурвал, печка. Печную трубу частенько снимали, чтобы пройти под мостами. Та же история повторялась и с высоким ветровым стеклом, которое однажды снесли, неаккуратно проходя под Первянским мостом. Двигатель – Л6 (привезённый Игорем Васильевичем Осокиным с острова Врангеля). Впрочем, этот катер не отставал от тех, на которые был установлен Л12. Существовала хитрость: если встать в кильватерную колонну за катером с Л12 во вторую волну, то придёшь к финишу одновременно с ним. И никакой буксировки не нужно. А ещё с помощью Л6 пилили дрова: заводили двигатель, к нему – ременная передача и пила.
 
 На деревянных катерах раньше ходили рыбачить на Голец. В середине июля ловили камбалу в районе Красного. В конце июля – начале августа ловили камбалу на Разбойнике. Вдохновлялись историями, опубликованными в СМИ того времени. В “Правде Севера” были размещены фото “Соломбальца” и статья, которая сподвигла нас на поход до Самары: планировали, что до Котласа нас утащат на буксире, с Котласа мы пойдём сами и по Волге доберёмся до Самары, а там катер продадим. Но южнее Емецка мы так и не продвинулись. Туда и чуть дальше до Пиньгиши мы обычно ходили за брусникой – бывало, что по 20 вёдер наберём.
 
 В 1960-е годы среди деревянных катеров проводились гонки на Кузнечихе. Дистанция была от Соломбальского моста до железнодорожного на Сульфате.
 
 Раньше катера жили по 25-30 лет, за ними ухаживали, следили. А потом все пересели на машины. Машина и катер несовместимы».
 
 На фото – металлическая «Жанетта» и тот самый деревянный катер, построенный братьями Сосновскими.