Реализуется Фондом возрождения традиционного судостроения и арктического мореплавания
Реализуется Фондом возрождения традиционного судостроения и арктического мореплавания
«Отец, мать, брат, я, наша собака Гром и наш катер. Фотография начала 70-х. Наверно 1973-1974.
В тот раз мы поехали двумя катерами, две семьи. И друг друга фотографировали, чтобы фото катеров осталось. Ездили за грибами и черникой на острова. Брат сидит на корме и рулит гаечным ключом, потому что оборвался штуртрос, и пришлось из гаечного ключа сделать румпель. Я соответственно сидел на носу и на мелях измерял глубину багром. Отец возился с мотором, который был старенький и часто ломался. Катер с печкой. Часто ночевали в нём, особенно осенью, когда холодно. Длина, на сколько помню, шесть метров. Корпус уже был старый, рассыхался, ежегодно конопатили и красили. И постоянно откачивали воду. С борта виден шланг помпы.
Катер намного старше меня. Это последние годы его эксплуатации. Вскоре по своим чертежам мы построили другой катер с глиссирующими обводами. Отец занимался в молодости водномоторным спортом и гонял на скутерах. Это была его мечта спроектировать и построить катер для скорости. А этот катер передали в детский сад для детских игр. Доживал своё он в д/с “Ивушка” (перекрёсток Гайдара – Новгородский).
Деревянный катер – это хорошо. Но он требует постоянного внимания и ухода. Май у меня в детстве начинался со шкрябкой и кисточкой под катером. Почему у меня и под катером? Потому что маленький, и мне легче залезть под катер. Отец занимался двигателем. Корпус ежегодно шкрябался, конопатился и красился. Затем спецоперация по спуску катера на воду и перегон на летнюю стоянку. Всё лето грибы, ягоды, рыбалка, охота, выезды на острова. И постоянный уход и пригляд за катером на стоянке. А это, если штормит, швартовы проверить, кранцы, воду из корпуса откачать. А без катера было у нас никуда».